Еще в позапрошлом столетии Некрасовские путешествующие мужики поставили вопрос: «Кому на Руси жить хорошо?» Как и предполагалось ответа они так и не нашли…

Позвольте все же помочь им, несколько расширив, как сам вопрос, так и сам ответ: хорошо жить можно, во-первых, каждому, а во-вторых, не только на Руси. Это доступно любому, кто умеет радоваться жизни, наслаждаться всеми ее проявлениями, а при встрече с неприятностями бесстрашно преодолевать их, справедливо полагая, что это временное явление. И поверьте, это не описание характера очередного сверхчеловека или всем довольного умалишенного. Секрет такого состояния в способности охватить окружающее во всей своей полноте, с одной стороны, а с другой, четко отделять и дифференцировать каждую деталь воспринимаемого мира. У любого из нас, если только появляется такая возможность, невесть откуда появляется и энергия, да такая, что мы удивляемся самим себе: «Я сегодня в ударе!»

Другими словами, это состояние можно охарактеризовать как спокойное бодрствование. Мы вполне внимательны. То есть, ничто важное не ускользает от нас. Мы так же, практически сознательно, отметаем то, что на наш взгляд не должно нас интересовать в данную минуту. Нас ничто не раздражает, на любые новые впечатления мы с удовольствием откликаемся. У нас возникают перспективные идеи. Важно и то, что это распространяется, буквально на все сферы нашей жизни. Кто бы нас ни отвлек, куда бы мы ни пришли, мы готовы решать любые задачи. Нам до всего есть дело. Это не значит, что мы становимся до того назойливыми, что от нас начинают прятаться окружающие. Просто еще большая возможность оценивать и контролировать свои поступки побуждает нас к активности и дает ощущение возможной причастности к любому делу. Мы знаем, чего хотим, и уверены в успехе.

Дабы проиллюстрировать, как выглядит обладатель таких качеств, обратимся к фрагменту рабочего дня одного из служащих, войдя в его образ.

Сегодня вы направляетесь на службу, и рабочий день обещает быть насыщенным и интересным, вот, только зуб разболелся, и вы на ходу думаете, как бы выкроить время для похода в стоматологию, к счастью она за углом. Или можно позвонить однокласснику, он медик, и знает хороших специалистов. По плану еще поход в школу для решения проблем с математикой сына, а затем помощь с контрольной дома. В крайнем случае, классному руководителю можно позвонить. Вы входите в холл административного здания своей фирмы. Обычно личность охранника мало кого интересует. Кроме как с ним, вам и так предстоит множество контактов. Но вы понимаете, что короткое приветствие не просто дань этикету, а возможность иметь неплохие отношения и с этим человеком. Кстати, перед этим вы весело взбежали на крыльцо, вежливо пропустили вперед сотрудника из соседнего отдела, того самого, что взял у вас интересный журнал, и до сих пор не вернул. Вы, однако, не стали делать вид, что тоже забыли об этом, не желая вызвать конфликт. А решили в двух словах поинтересоваться, правда ли что ваша вещь столь интересна для него. Только вы собрались раскрыть рот, как вдруг, увидели идущего за ним следом другого сотрудника из того же отдела, и мгновенно решили отложить свою затею, чтобы не ставить человека в неудобное положение. Почти одновременно, бросив взгляд на информационный стенд, вы уловили, что объявление о предстоящем семинаре никто пока так и не собрался вывесить, и вы уже думаете о том, что первым делом вы звякнете по этому поводу в приемную. Завидев возле лифта буфетчицу из кафе, кивнули ей и, подумав, с улыбкой сказали, что сегодня, очевидно, меню будет еще богаче, раз уж она так рано идет на работу. Уже в самом лифте вы столкнулись со штатным программистом и потянулись к органайзеру, чтобы записать идею с предложением создания новой программы для аудита. Войдя в офис, вы достаточно громко и с улыбкой здороваетесь со всеми, садясь за стол, предлагаете минералки ближайшему коллеге, справляетесь у него о впечатлении, произведенном новым вечерним документальным сериалом, и, глядя на девушку у окна перед компьютером, отмечаете про себя, что вчера она потихоньку мерила колготки, а сегодня занимается маникюром. От этой картины у вас возникает чувство сожаления за нее, и в то же время тайной надежды на изменения к лучшему в будущем. А зуб то болит… Вы стараетесь переключиться на работу, опыт подсказывает – на завершение отчета в хорошем темпе уйдет часа три, можно будет вернуться к нему после обеда. А сейчас, пока шеф на месте, надо подумать над собственным предложением об изменении коренным образом системы распределения заказов. Вы постепенно погружаетесь в размышления об этом, берете ручку и набрасываете план и схему…

А вот, другой вариант собственного функционирования, не смотря на меньшую привлекательность, не менее распространенный.

Вы подходите к крыльцу административного здания компании с мыслями о том, что сегодня все-таки придется заканчивать ненавистный отчет. Если бы день ограничивался только этим, ведь надо еще помогать сыну исправлять контрольную по математике, а перед этим предстоит разговор с его классным руководителем. Еще этот зуб разболелся. Как бы дожить с этим до следующего утра. С чувством покорной обреченности вы поднимаетесь по ступенькам крыльца, и, упершись взглядом во входную дверь уже, представили себе, что за ней сейчас увидите на себе ничего не выражающий взгляд охранника с чертами некоторой «отмороженности» на лице. Но тут в дверях вы сталкиваетесь с сотрудником из соседнего отдела. Удивительно, уже, сколько времени он просто здоровается, как ни в чем, не бывало, хотя давно уже не возвращает вам журнал, взятый на прокат. Первое, что приходит вам на ум это быстро высказать ему все претензии по этому поводу. Но тут вы видите идущего следом за ним его соседа по офису, и что бы не оказаться в дурацком положении пострадавшего от невнимательного отношения к вам, останавливаете себя, и с досадой провожаете взглядом обоих, проходя в холл. Машинально бросив взгляд на информационный стенд, и продолжая думать о том, как много проблем день ото дня создает вам эта контора с тех пор, как вы здесь работаете, вы не заметили, что там отсутствует объявление о намеченном семинаре. А когда узнаете, то подумаете: «Нет, этот бардак у нас никогда не кончится. А пожаловаться некому». Кстати, сегодня как раз лицо охранника выражало доброжелательность и участливость, но вы этого вообще не видели, потому, что ваше внимание переключилось само собой на небольшую очередь у лифта, где стояла буфетчица корпоративного кафе с беззаботным видом. Действительно, какие у них там могут быть заботы – наливай да считай. В лифте вы увидели программиста и подумали, было бы не плохо, если бы этот пижон сделал для нас аудиторскую программу. Так, нет же, начнет ссылаться на занятость и на указания свыше. Войдя в офис, вы без особого энтузиазма здороваетесь с теми, кто успел вас увидеть и, шмыгнув на свое место, пытаетесь настроиться на работу. Рядом сидящий коллега спрашивает вас о новом вечернем сериале, а вам и сказать-то нечего. Во время просмотра вы пытались работать над отчетом, взятым на дом. У окна напротив сидит блондинка озабоченная купленными вчера колготками, а сегодня своим маникюром. Еще один «положительный» пример для подражания качественному отношению к своим обязанностям. Ноет зуб… Вы стараетесь переключиться на работу, и понимаете, что система распределения заказов, по большому счету, дает сбой. Но кого это может волновать…?

Будем ли мы радоваться жизни и заряжаться от этого энергией, зависит от нашей способности к поиску решения проблем, возникающих на жизненном пути, к поиску новых впечатлений. С этой целью, прежде всего нам следует организовать собственное восприятие так, чтобы оно было, умеренно обостренным, если можно так выразиться. Особое удовольствие нам должна доставлять способность ясно различать определенные объекты в пространстве. Если мною достаточно эффективно опознаются все объекты, посредством зрения, слуха или других органов чувств; если то, о чем я думаю, так же опознается, то я наверняка буду хорошо знать, что мне делать со всем этим. Главное – это своевременное опознание. При этом я четко могу представить себе, - какой смысл для меня может нести тот или иной объект или мысль. Вся окружающая картина, равно как и внутренняя, представлена передо мной как на ладони. Причем это нельзя назвать застывшей схемой. Мне хорошо видится, что из чего «вытекает», и во что может «вылиться». Ни одна нужная деталь не проходит мимо, и вписывается в остальной окружающий мир. Решение этой задачи – на поверхности. И при этом, не обязательно ловить момент, когда это произойдет. Владение специальной техникой дает нам такую возможность.